Сегодня исполняется 85 лет одному из самых известных советских поэтов-песенников — блокаднику Эдуарду Кузнецову.
«Подсолнухи», «Берега», «Давай не будем торопиться», «Салют Победы», всех узнаваемых — по первым же словам — песен (хоть и не люблю этого слова, но – факт, шлягеров!) не перечислишь…
Их исполняли Пахоменко и Кобзон, Хиль и даже… Шуфутинский. Но мало то знает, что самую пронзительную песню «Когда плачут тюльпаны» он посвятил погибшему в 1941-м отцу-танкисту.
Эдуард Григорьевич с большим удовольствием рассказывает не о себе, а о замечательных людях, с которыми довелось вместе служить в армии, работать, дружить.
«О себе, поэте Кузнецове, рассказывать? А зачем?» Не любит ветеран советской песни этого, хотя в беседах ничего и не скрывает: и то было, и это, и гуляли, но и работали! И как работали – песни, положенные на стихи Кузнецова до сих пор поют во всех республиках бывшего СССР! Одни «Подсолнухи» чего стоят!
Перед исполнением некоторых произведений ведущие концертов объявляют: «Слова народные».
- И это для меня – лучшая оценка – широко улыбаясь, восклицает поэт. – Куда уж выше!
- А если хочешь узнать что–то новое, могу рассказать, что такое дуранда, – моментально становится серьёзным Кузнецов. – из блокадного детства мало что помню, но как просил у мамы
хлеба, вкус столярного клея и дуранды запомнил на всю жизнь. Дуранда – это жмых от подсолнечных семечек. - В те страшные годы – лакомство, несравнимое ни с какими современными деликатесами. Нас с матерью эвакуировали в 1943-м, уже после прорыва блокады. Брат Анатолий не дожил до этого дня…
Не вернулся домой, погибнув в бою с фашистами, и отец – танкист Григорий Митрофанович Кузнецов. Остались они вдвоём с мамой – Александрой Александровной Горской. Вдова да семилетний Эдик. И сколько таких семей было в послевоенном Ленинграде! Кто знает? Наверное, только тюльпаны из его широко известной песни:
«Не зажить никогда нашей памяти ранам,
И вовек не забудет сынов своих Русь!
Пусть колышут ветра, как знамёна, тюльпаны,
В этих алых цветах и Победа и грусть!»
Убеждён: только познавший в раннем детстве ужас голода и бомбёжек, стоявший с полуживой матерью на пороге Вечности ленинградский паренёк и мог положить свою жизнь на то, чтобы нести добрым словом людям радость в заводской цех и в воинскую часть, в высокий кабинет и в тюрьму, в колонию, в больничную палату, на каждую танцплощадку, в каждый дом. Потому что он знает и про то, что:
«Только всё ещё плачут, всё плачут, всё плачут, всё плачут
На рассвете тюльпаны,
Как живые сердца не пришедших из боя солдат!»
И про «Салют Победы» он знает и рассказывает, и про «Победный вальс». Просто, когда мальчик Эдуард Кузнецов, грезивший в детстве о Живой Воде для воскрешения отца и других советских солдат, вырос, то понял: сказку сделать былью не получится. Зато можно продлевать людям жизнь, и даже немало облегчать её Живым Словом. Этим и занялся. Как мы знаем — успешно.
Виктор Кокосов (фото автора)