В Петербург на фестиваль «Звезды белых ночей» приехал знаменитый бас Ферруччо Фурланетто.
Несколько личных воспоминаний. Впервые я услышала Ферруччо Фурланетто в 2004 г. во время его гастролей в Мариинском театре в опере «Дон Карлос» в партии Филиппа II. После того потрясения от его исполнения для меня существует Ферруччо Фурланетто и остальные басы. До сих пор переживаю и не могу себе простить, что выбрала только одну оперу с его участием, хотя в тот приезд он еще исполнял партию Бориса Годунова.
Нынешние его выступления, впрочем, как и всегда, сопровождались невероятным ажиотажем. Так, опера «Дон Кихот» Массне, которая была поставлена в Мариинском в 2012 году специально для него, в которой певец исполнил заглавную партию, прошла при полном аншлаге — зал старой сцены Мариинского театра был переполнен. Тем более, что голос семидесятишестилетнего Фурланетто сохранил свою звучность и глубину.
В более высокой части диапазона, правда, ощущалось небольшое дребезжание – вероятно поэтому певец явно старался не рисковать и не увлекаться фальцетированием. Так что, хотя Массне и писал своего Дон Кихота для Федора Шаляпина, обладателя баса-кантанте или лирического, певучего баса, но Фурланетто предпочел сделать героя более мужественным и использовал более низкую часть своего диапазона.
Только в сцене с разбойниками, которые собираются убить старого и не способного уже сопротивляться Дон Кихота, когда он молится, готовясь принять смерть, Фурланетто не пожалел мягких красок. Однако в целом Дон Кихот Фурланетто скорее Гаргантюа или даже Фальстаф.
Чрезвычайно жизнелюбивый, импозантный и даже немного лукавый, он поет о своей любви к Дульсинее не как покорный обожатель, а как мужчина, привыкший получать желаемое. Делает это Фурланетто чрезвычайно выразительно, сохраняя при этом чувство меры и демонстрируя высочайший актерский профессионализм. Важно и то, что его решение образа Дон Кихота не противоречит идее самого Массне, называвшего «Дон Кихота» героической комедией и использовавшего элементы французской комической оперы – прежде всего речитативы.
Эту игру подхватывает режиссура Янниса Коккоса. Будучи по образованию художником-сценографом, он делает ставку прежде всего на декорации и костюмы, решенные им в условной манере. Если не считать весьма реалистическую модель книги, которая лежит посредине сцены половину оперы и символизирует неизбежные отсылки к роману Сервантеса, вся сценография Коккоса отличается элегантной отстраненностью и даже иронией – пальмы и дома на площади, где происходит действие, даны только силуэтами, в такие же силуэты превращаются сам герой и его оруженосец в сцене в горах в третьем акте, а сами горы, куда Дон Кихот отправляется сражаться с разбойниками – в виде проекции.
Кроме того, режиссер мастерски использует цветовую акцентировку – ярко-красный, нарочито вульгарный костюм Дульсинеи демонстративно противопоставляется черным нарядам ее свиты, которые, в свою очередь, обозначены неяркими, но важными цветовыми деталями – синими и красными обшлагами и галстуками, делающими более разнообразной общую темную массу и организующими всех персонажей сцены.
Эта лаконичность и тонкость решений приятно контрастирует с перегруженными деталями декорациями и костюмами новых постановок Мариинского. А высокопрофессиональное исполнение Фурланетто делает «Дон Кихота» настоящим удовольствием для глаз и слуха.
/Ирина Сорина/