9 сентября 2020 года исполняется 192 года Льву Толстому, одному из самых известных русских писателей и мыслителей, участнику обороны Севастополя, публицисту, просветителю.
Представленная на портале Президентской библиотеки электронная коллекция «Л. Н. Толстой (1828–1910)» включает в себя главные произведения Толстого «Война и мир» и «Анна Каренина», а также редкие книги о писателе, позволяющие обозначить и понять его главные противоречия и путь духовных исканий: «Л. Н. Толстой и Русская Церковь» (1912) религиозного философа Василия Розанова, «Л. Н. Толстой как философ» (1914) социолога Питирима Сорокина, «Беседы с Л. Н. Толстым» (1911) журналиста, постоянного интервьюера Толстого Сергея Спиро, «Как учит писать гр. Л. Н. Толстой?» (1903) литератора Фёдора Тищенко и другие.
Главным делом его жизни, подчинившим себе все иные дарования, стало писательство. «Детство», «Отрочество», «Юность» сразу приковали к себе внимание искушённых читателей. «Закончив свою юношескую трилогию, Толстой встал в один ряд с Тургеневым, Гончаровым, Островским», – подытоживает Сергей Спиро в мемуарах «Беседы с Л. Н. Толстым».
Однако настоящая слава пришла после появления «Севастопольских рассказов». В Крыму Толстой был ошеломлён бессмысленностью и жестокостью войны. Это была первая в литературе обжигающая правда о войне.
«До Толстого сражения и битвы в русской литературе романтизировали, – писал Иванов-Разумник в работе «Лев Толстой». – Даже великий реалист Пушкин в своём „Путешествии в Арзрум“ набросил романтический флёр на описание войны. Впрочем, он настоящей войны и не видел. Надо было великому художнику попасть в осаждённый Севастополь, чтобы понять, что такое война, и описать её с потрясающим, беспощадным реализмом». Позднее, уже в «Войне и мире», Толстой сумел развить тему, показать, что война – «это… бессмысленная, случайная смерть, беспощадные страдания, увечия, раны, озверение, гибель».
Источники из коллекции Президентской библиотеки дают возможность рассмотреть великого писателя в другой, не менее важной для него ипостаси. По самому складу своего аналитического характера, подвергающего всё сомнению,
Толстой был бунтарём. Это ярко показывают его публицистические работы, вызывавшие большой читательский резонанс, сильное социальное и политическое напряжение. Так, например, всем известна всколыхнувшая весь мир статья «Не могу молчать!» – по поводу террора контрреволюции, смертной казни участников событий 1905 года.
Внимательно изучивший все варианты Евангелия граф Толстой подметил глубочайшее расхождение сути православного учения с церковной практикой. Религиозный философ Василий Розанов в исследовании «Л. Н. Толстой и Русская Церковь» (1912) не без горечи отмечает: «Они не понимали друг друга; даже не знали. И – разошлись. До проклятия с одной стороны (отлучение Толстого от Церкви, с его впечатлением в обществе), до полного пренебрежения – с другой (отношение Толстого к Церкви). ».
«Он знал Евангелие – да», – пишет Розанов. И далее: «Он видел темноту и корыстолюбие духовенства… Видел… непрямоту в отношениях к богатым людям, от которых оно экономически зависимо; и равнодушие к нравственному состоянию народа». <…> Толстой гневался и волновался около этих недостатков духовенства. И волнение… выразилось в резком осуждении русских пышных церковных служб…»
«Что Л. Н. Толстой – великий художник – это никем не оспаривается, – пишет социолог Питирим Сорокин в книге «Л. Н. Толстой как философ» (1914), электронная копия которой размещена на портале Президентской библиотеки, – но что Толстой – великий мыслитель и, в частности, философ – это находится под сомнением.
«Чтоб жить честно, надо рваться, путаться, биться, ошибаться, начинать и бросать, и вечно бороться и лишаться. А спокойствие – душевная подлость», – писал Лев Толстой своей любимой двоюродной тётушке графине Александре Андреевне Толстой. Это утверждение многое говорит о противоречиях и при этом редкой цельности натуры писателя, взлётах и падениях этой могучей личности, подчинившей своему духовному влиянию несколько поколений читателей в России и мире.
/Пресс-служба
Президентской библиотеки/