««Багратион – лучший генерал русской армии», ‒ говорил о нём Наполеон. «Неустрашим в сражении, равнодушен в опасности», – характеризовал его военачальник Алексей Ермолов. «Багратион неподражаем в своих мгновенных вдохновениях…» – вспоминал о герое на поле брани генерал-майор, декабрист Михаил Фонвизин. «Львом русской армии» называл Багратиона Виссарион Белинский. Солдаты же отзывались о своём командире одним словом: «Орёл!»
Будущий генерал от инфантерии, герой Отечественной войны 1812 года князь Пётр Иванович Багратион, 260-я годовщина со дня рождения которого отмечается 10 июля 2025 года, происходил из древнейшего рода Грузии. Мальчик рос в атмосфере славных боевых воспоминаний, зачитывался книгой «Витязь в тигровой шкуре», отпечатанной в 1712 году в первой тбилисской типографии его предка царя Вахтанга VI, талантливого политика и образованного человека, современника Петра Великого.
В 17-летнем возрасте князь Пётр по приглашению тётки княгини Анны Александровны Голицыной, урождённой княжны Грузинской, приехал в Петербург. Из всех вещей у него была только старая поношенная черкеска. Когда был назначен приём у вице-президента Военной коллегии князя Григория Потёмкина, он вынужден был взять новый костюм у дворецкого. Потёмкин остался доволен молодым человеком и приказал зачислить его сержантом в Кавказский мушкетёрский полк.
Так в 1782 году началась боевая юность Багратиона. На Кавказе он получил и первое боевое крещение, и первые офицерские чины, и первую тяжёлую рану. На поле боя среди погибших и раненых его подобрали чеченцы и в знак уважения к отцу Багратиона отправили в русский штаб, не взяв выкупа.
В 1788 году Багратион участвовал в штурме Очакова и вместе с группой мушкетёров полка одним из первых ворвался в крепость. В боях при местечке Броды он обратил в бегство значительно превосходящие силы противника, захватив более 250 пленных и орудие. А во время атаки в бою под Прагой обратил в бегство неприятельскую кавалерию и гнал врага до самой Вислы. В легендарном походе суворовских войск через Швейцарию Багратион шёл во главе армии, первым принимая на себя удары противника и преодолевая преграды дикой природы гор.
Александр Суворов приписывал Багратиону важную роль в Итальянском походе и характеризовал его императору Павлу как «наиотличнейшего генерала, достойного высших степеней». За боевые отличия в этих и других походах и штурмах Багратион последовательно получал все офицерские чины, и в феврале 1799 года был произведён в генерал-майоры.
Но Багратиону, как писал Иван Полосин в посвящённом герою историческом очерке, «дороже всех царских наград и всех царских милостей была старинная суворовская шпага, которую ещё в Италии он получил от Суворова и с которой он с тех пор уже никогда не расставался». С книгой Полосина «П. И. Багратион» (1948) можно ознакомиться в электронных читальных залах Президентской библиотеки.
Будучи учеником Суворова, который ласково называл его «князем Петром», Багратион равнялся на него и на войне, и в повседневной жизни. Он ел с солдатами из одного котла, спал не более трёх-четырёх часов в сутки, носил папаху и бурку, а жалование тратил на подчинённых. Так же, как и Суворов, Багратион не имел специального военного образования – он постигал военную науку в сражениях. Хорошо знавший Багратиона московский градоначальник Фёдор Ростопчин называл его «генералом по образу и подобию Суворова».
В 1800 году, по возвращении в Санкт-Петербург, Багратион был назначен шефом лейб-гвардии Егерского батальона и приближен ко двору. Во время балов он был замечен молодой красавицей графиней Екатериной Павловной Скавронской.
Как пишет Владимир Грибанов в книге «Багратион в Петербурге» (1979), ознакомиться с которой можно в электронных читальных залах Президентской библиотеки, «Багратиону было в ту пору тридцать пять лет, по отзывам современников и дошедшим до нас портретам, он не был красив, но мог привлекать внимание. Боевая слава, завоёванная им в жестоких боях, создавала ему романтический ореол».
Но, добившись любви Багратиона, ветреная красавица перестала обращать на него внимание. О сложившейся ситуации узнал Павел I, «к числу многочисленных странностей которого относилась и страсть женить придворных, не спрашивая подчас их желания». Павел Петрович приказал Скавронской прибыть во дворец в подвенечном платье, а Багратиону после развода караула остаться при императоре. В тот же день в присутствии императорской четы их обвенчали.
Увы, семейная жизнь не задалась. «Государь избрал ему жену прелестнейшую, состояние огромное, но в сердце жены не вложил он любви к нему, не сообщил ей постоянства! Нет семейного счастия, нет домашнего спокойствия!» – писал генерал, дипломат, автор мемуаров Алексей Ермолов. Екатерина Павловна, обожавшая развлечения, балы и визиты, была недовольна ни квартирой на Адмиралтейском проспекте, которую снимал Багратион, ни уровнем жизни, который он мог ей обеспечить.
Багратиону же в столичном обществе было не по себе, в свете боевой генерал был чужим человеком. В «Войне и мире» Лев Толстой так описывал появление Багратиона в Английском клубе: «Он шёл, не зная, куда девать руки, застенчиво и неловко, по паркету приемной: ему привычнее и легче было ходить под пулями по вспаханному полю, как он шёл перед Курским полком в Шенграбене…»
Зависть и интриги были чужды Багратиону, он был далёк от них, как далеки были от петербургского гостиного поля сражений, на которых он провёл большую часть жизни. В 1805 году супруги расстались: жена поехала развлекаться за границу, а генерал отправился на войну.
Участник сражения при Шенграбене и под Аустерлицем, битвы у Прейсиш-Эйлау и под Фридландом в войне против Наполеона 1805‒1807 годов, русско-шведской и русско-турецкой войн, Багратион заранее предвидел вторжение Наполеона в Россию и выдвигал план отражения агрессии, построенный на идее наступления. «Наполеон найдёт в России второй Египет себе», – предсказывал Багратион.
Однако предпочтение государя Александра I было отдано плану Барклая де Толли, и Отечественная война началась обороной и отступлением русской армии. Багратион был с этим категорически не согласен: «…ежели уж так пошло – надо драться, пока Россия может и пока люди на ногах, ибо война теперь не обыкновенная, а национальная, и надо поддержать честь свою и славу…»
В начале Отечественной войны 1812 года Пётр Багратион, командуя 2-й Западной армией, совершает беспримерный марш-манёвр в 800 километров и за 35 дней выводит армию к Смоленску. Соединение с 1-й Западной армией Михаила Барклая де Толли сорвало замыслы Наполеона разгромить русские армии порознь. С уникальными документами – рапортами, донесениями и письмами Багратиона Александру I, отправленными в июле ‒ августе 1812 года, можно ознакомиться на портале Президентской библиотеки.
Ранним утром 7 сентября (26 августа по старому стилю) разразилась Бородинская битва – крупнейшее сражение Отечественной войны 1812 года. Около полудня началась очередная (в историографии её иногда называют восьмой) атака французов, в которой против 18 тысяч солдат и 300 орудий, имевшихся в распоряжении Багратиона, Наполеон бросил 45 тысяч солдат и 400 орудий.
Это была последняя атака, отражением которой руководил генерал Багратион. Разорвавшийся снаряд ранил его осколками в левую ногу. Пятое по счёту ранение оказалось для Багратиона роковым. Генерал пытался продолжать командовать, но потерял сознание. «Армия осиротела» – говорили очевидцы. На следующий день Багратион писал императору: «Я довольно нелегко ранен в левую ногу пулею с раздроблением кости; но нималейше не сожалею о сём, быв всегда готов пожертвовать и последнею каплею моей крови на защиту отечества и августейшего престола…»
Через три дня раненого полководца привезли в Москву. Самочувствие Багратиона резко ухудшалось. Как вспоминал в своих записках московский губернатор граф Ростопчин, Багратион «был в полном сознании, страдал ужасно, но судьба Москвы не давала ему ни минуты покоя. <…>
Когда утром того дня, в который Москва впала во власть неприятеля, я приказал объявить ему, что надо уезжать, он написал мне следующую записку: „Прощай, мой почтенный друг! <…> Я умру не от раны моей, от Москвы“». 14 (2) сентября Багратиона отправили в имение Голицыных в село Сима под Владимиром. Предложение врачей ампутировать ногу генерал с гневом отверг, заявив, что операция надолго выведет его из строя и лишит возможности быть полезным Отечеству.
24 (12 по старому стилю) сентября, на семнадцатые сутки после ранения, Пётр Иванович Багратион скончался. Среди его вещей нашли четыре портрета, которые он всегда возил с собой. Один из них, выполненный на табакерке, осыпанной бриллиантами, изображал императрицу Марию Фёдоровну. Два других ‒ супругу Багратиона и великую княгиню Екатерину Павловну, в которую, как говорили, генерал был втайне влюблён. Четвёртый был портретом Александра Суворова.
Мало кто знает, но есть предположение, что Багратион и сам увлекался живописью. Сохранилось письмо, написанное в 1807 году вдовствующей императрице Марии Фёдоровне, в котором боевой генерал пишет о своих рисунках. Он сообщает, что уже отправил их великой княгине Екатерине Павловне, а теперь высылает самой императрице.
В этом же письме Багратион выражает надежду, что «труд слабого искусства» его «перейдёт в позднейшее потомство». «Надо полагать, – пишет Грибанов в книге «Багратион в Петербурге», – что рисовал он неплохо, иначе вряд ли он рискнул бы послать свои рисунки Марии Фёдоровне, которая слыла строгой ценительницей искусства». Рисунки Багратиона, увы, до «позднейшего потомства» не сохранились. В отличие от боевой славы, на века пережившей самого героя.
Генерал Пётр Иванович Багратион прожил недолгую – всего 47 лет, но яркую и славную жизнь. За тридцать лет, отданных военной службе, он участвовал в 20 походах и войнах, 150 сражениях и боях. «Бог рати он!» ‒ так с лёгкой руки поэта Гавриила Державина была преобразована фамилия героя Отечественной войны 1812 года Петра Ивановича Багратиона.
Информация об электронных читальных залах Президентской библиотеки, открытых на территории России и за рубежом, размещена на портале, в разделе «Электронные читальные залы на карте».
/Пресс-служба Президентской библиотеки/